Неточные совпадения
Он был любим… по крайней мере
Так думал он, и был счастлив.
Стократ блажен, кто предан вере,
Кто, хладный ум угомонив,
Покоится в сердечной неге,
Как пьяный путник на ночлеге,
Или, нежней, как мотылек,
В весенний впившийся цветок;
Но жалок тот, кто всё предвидит,
Чья
не кружится голова,
Кто все движенья, все слова
В их переводе ненавидит,
Чье сердце опыт остудил
И забываться
запретил!
— Ты! — сказал Илья Ильич. — Я
запретил тебе заикаться о переезде, а ты,
не проходит дня, чтоб пять раз
не напомнил мне: ведь это расстроивает меня — пойми ты. И так здоровье мое никуда
не годится.
Притом тетка слышала, как Штольц накануне отъезда говорил Ольге, чтоб она
не давала дремать Обломову, чтоб
запрещала спать, мучила бы его, тиранила, давала ему разные поручения — словом, распоряжалась им. И ее просил
не выпускать Обломова из вида, приглашать почаще к себе, втягивать в прогулки, поездки, всячески шевелить его, если б он
не поехал за границу.
— Э-э-э! слишком проворно! Видишь, еще что!
Не сейчас ли прикажете? А ты мне
не смей и напоминать о квартире. Я уж тебе
запретил раз; а ты опять. Смотри!
Но если бы во дни просвещения возмнили книги, учащие гаданию или суеверие проповедующие,
запрещать или жечь,
не смешно ли бы было, чтобы истина приняла жезл гонения на суеверие? чтоб истина искала на поражение заблуждения опоры власти и меча, когда вид ее один есть наижесточайший бич на заблуждение?
Странная вещь —
запрещать продавать то, чего
не существует в имении!
Наистрожайшая полиция
не возможет так
запретить дряни мыслей, как негодующая на нее публика.
Но
запрещать писания и обнародованное хотеть истребить
не есть защищать богов, но бояться истины свидетельствования».
Буллу свою начинает он жалобою на диавола, который куколь сеет во пшенице, и говорит: «Узнав, что посредством сказанного искусства многие книги и сочинения, в разных частях света, наипаче в Кельне, Майнце, Триере, Магдебурге напечатанные, содержат в себе разные заблуждения, учения пагубные, христианскому закону враждебные, и ныне еще в некоторых местах печатаются, желая без отлагательства предварить сей ненавистной язве, всем и каждому сказанного искусства печатникам и к ним принадлежащим и всем, кто в печатном деле обращается в помянутых областях, под наказанием проклятия и денежныя пени, определяемой и взыскиваемой почтенными братиями нашими, Кельнским, Майнцким, Триерским и Магдебургским архиепископами или их наместниками в областях, их, в пользу апостольской камеры, апостольскою властию наистрожайше
запрещаем, чтобы
не дерзали книг, сочинений или писаний печатать или отдавать в печать без доклада вышесказанным архиепископам или наместникам и без их особливого и точного безденежно испрошенного дозволения; их же совесть обременяем, да прежде, нежели дадут таковое дозволение, назначенное к печатанию прилежно рассмотрят или чрез ученых и православных велят рассмотреть и да прилежно пекутся, чтобы
не было печатано противного вере православной, безбожное и соблазн производящего».
Несмысленные!
не ведали, что, истребляя превратное или глупое истолкование христианского учения и
запрещая разуму трудитися в исследовании каких-либо мнений, они остановляли его шествие; у истины отнимали сильную опору, различие мнений, прения и невозбранное мыслей своих изречение.
Но,
запрещая вольное книгопечатание, робкие правительства
не богохуления боятся, но боятся сами иметь порицателей.
— Да и я о тебе знал, но
не только чрез твою жену, — строгим выражением лица
запрещая этот намек, сказал Вронский. — Я очень рад был твоему успеху, но нисколько
не удивлен. Я ждал еще больше.
— Через несколько минут ваша комната будет готова принять вас, — воскликнул он с торжественностию, — Аркадий… Николаич? так, кажется, вы изволите величаться? А вот вам и прислуга, — прибавил он, указывая на вошедшего с ним коротко остриженного мальчика в синем, на локтях прорванном, кафтане и в чужих сапогах. — Зовут его Федькой. Опять-таки повторяю, хоть сын и
запрещает,
не взыщите. Впрочем, трубку набивать он умеет. Ведь вы курите?
И чувствую я, что
не след ей разговаривать, а
запретить ей, решительно этак, знаете,
запретить —
не могу.
А между тем, должен я вам сказать, — прибавил лекарь, нагнувшись вперед и подняв кверху брови, — что с соседями они мало водились оттого, что мелкие им
не под стать приходились, а с богатыми гордость
запрещала знаться.
Пришлось нам с братом Авдюшкой, да с Федором Михеевским, да с Ивашкой Косым, да с другим Ивашкой, что с Красных Холмов, да еще с Ивашкой Сухоруковым, да еще были там другие ребятишки; всех было нас ребяток человек десять — как есть вся смена; но а пришлось нам в рольне заночевать, то есть
не то чтобы этак пришлось, а Назаров, надсмотрщик,
запретил; говорит: «Что, мол, вам, ребяткам, домой таскаться; завтра работы много, так вы, ребятки, домой
не ходите».
Он никогда
не помогал мне учить уроки и
запрещал другим помогать.
Самгин чувствовал себя несколько неловко. Прейс, видимо, считал его посвященным в дела Кутузова, а Кутузов так же думал о Прейсе. Он хотел спросить:
не мешает ли товарищам, но любопытство
запретило ему сделать это.
— Про аиста и капусту выдумано, — говорила она. — Это потому говорят, что детей родить стыдятся, а все-таки родят их мамы, так же как кошки, я это видела, и мне рассказывала Павля. Когда у меня вырастут груди, как у мамы и Павли, я тоже буду родить — мальчика и девочку, таких, как я и ты. Родить — нужно, а то будут все одни и те же люди, а потом они умрут и уж никого
не будет. Тогда помрут и кошки и курицы, — кто же накормит их? Павля говорит, что бог
запрещает родить только монашенкам и гимназисткам.
— Тише, — зашипела она. Иноков, в углу на диване,
не пошевелился. Доктор решительно
запретил говорить с Иноковым...
— Вот тоже и вино:
запретили его — везде самогон начался, ханчу гонят, древесный спирт пьют, — сердито заговорил Денисов. Фроленков весело, но
не без зависти дополнил...
Не пожелав узнать, что он
запрещает, Лидия встала из-за стола и ушла, раньше чем Варавка успел остановить ее. В дверях, схватясь за косяк, она сказала...
— Ты что же
не бываешь у Алины? Жена
запрещает или мораль?
— Кто
запретил? — осведомился книжник. — Нежных табаков
не курю, а дым — есть дым! Махорочный — здоровее, никотину меньше в нем… Так-то.
— Я пришел, сестрица, узнать от вас,
не надобно ли вам чего-нибудь. Папенька сердит и
запретил всему дому вас слушаться, но велите мне сделать, что вам угодно, и я для вас все сделаю.
Английское правительство оправдывается тем, что оно
не властно
запретить сеять в Индии мак, а присматривать-де за неводворением опиума в Китай —
не его дело, а обязанность китайского правительства.
Хотя мы
не черпнули, но все-таки нельзя было
запретить морской воде брызгать в шлюпку.
А нечего делать японцам против кораблей: у них, кроме лодок, ничего нет. У этих лодок, как и у китайских джонок, паруса из циновок, очень мало из холста, да еще открытая корма: оттого они и ходят только у берегов. Кемпфер говорит, что в его время сиогун
запретил строить суда иначе, чтоб они
не ездили в чужие земли. «Нечего, дескать, им там делать».
Вы лучше подождите, — заключил я, — когда учредятся европейские фактории, которые, конечно, выговорят себе право отправлять дома богослужение, и вы сначала везите священные книги и предметы в эти фактории, чего японцы par le temps qui court
запретить уже
не могут, а от них исподволь, понемногу, перейдут они к японцам».
Вот чему учил нас Бог наш, а
не тому, что
запрещать детям убивать отцов есть предрассудок.
Мы будем позволять или
запрещать им жить с их женами и любовницами, иметь или
не иметь детей — все судя по их послушанию — и они будут нам покоряться с весельем и радостью.
И никому из присутствующих, начиная с священника и смотрителя и кончая Масловой,
не приходило в голову, что тот самый Иисус, имя которого со свистом такое бесчисленное число раз повторял священник, всякими странными словами восхваляя его,
запретил именно всё то, что делалось здесь;
запретил не только такое бессмысленное многоглаголание и кощунственное волхвование священников-учителей над хлебом и вином, но самым определенным образом
запретил одним людям называть учителями других людей,
запретил молитвы в храмах, а велел молиться каждому в уединении,
запретил самые храмы, сказав, что пришел разрушить их, и что молиться надо
не в храмах, а в духе и истине; главное же,
запретил не только судить людей и держать их в заточении, мучать, позорить, казнить, как это делалось здесь, а
запретил всякое насилие над людьми, сказав, что он пришел выпустить плененных на свободу.
Никому в голову
не приходило того, что золоченый крест с эмалевыми медальончиками на концах, который вынес священник и давал целовать людям, был
не что иное, как изображение той виселицы, на которой был казнен Христос именно за то, что он
запретил то самое, что теперь его именем совершалось здесь.
—
Запретить, чтобы
не продавали землю, а только кто сам пашет, — сказал печник, сердито перебивая солдата.
— Ведь это мое? — сказал он, обводя рукой кругом себя, — вы
не хотите ничего брать и
запрещаете внукам…
Другая бы сама бойко произносила имя красавца Милари, тщеславилась бы его вниманием, немного бы пококетничала с ним, а Софья
запретила даже называть его имя и
не знала, как зажать рот Райскому, когда он так невпопад догадался о «тайне».
— Но если б я поклонялся молча, издали, ты бы
не замечала и
не знала этого… ты
запретить этого
не можешь. Что тебе за дело?
— Молчи. Я
запрещаю тебе говорить, если
не хочешь иметь меня вечным своим врагом, если
не хочешь потерять мое уважение.
— Ну, когда так, Александр Матвеич, я
не буду
запрещать ему видеться с вами, и сама буду любить вас.
Вышел из 2–го курса, поехал в поместье, распорядился, победив сопротивление опекуна, заслужив анафему от братьев и достигнув того, что мужья
запретили его сестрам произносить его имя; потом скитался по России разными манерами: и сухим путем, и водою, и тем и другою по обыкновенному и по необыкновенному, — например, и пешком, и на расшивах, и на косных лодках, имел много приключений, которые все сам устраивал себе; между прочим, отвез двух человек в казанский, пятерых — в московский университет, — это были его стипендиаты, а в Петербург, где сам хотел жить,
не привез никого, и потому никто из нас
не знал, что у него
не 400, а 3 000 р. дохода.
— Брак? ярмо? предрассудок? Никогда! я
запретила тебе говорить мне такие глупости.
Не серди меня. Но… Серж, милый Серж!
запрети ему! он тебя боится, — спаси ее!
— «Когда я узнаю ee!» — я никогда
не узнаю ee! «одобрю твой выбор!» — я
запрещаю тебе всякую мысль об этом выборе! слышишь,
запрещаю!
«И сказал Бог: кто сказал тебе, что ты наг?
не ел ли ты от древа, с которого я
запретил тебе есть?» (3:33).
Желая везде и во всем убить всякий дух независимости, личности, фантазии, воли, Николай издал целый том церковных фасад, высочайше утвержденных. Кто бы ни хотел строить церковь, он должен непременно выбрать один из казенных планов. Говорят, что он же
запретил писать русские оперы, находя, что даже писанные в III Отделении собственной канцелярии флигель-адъютантом Львовым никуда
не годятся. Но это еще мало — ему бы издать собрание высочайше утвержденных мотивов.
Дети вообще любят слуг; родители
запрещают им сближаться с ними, особенно в России; дети
не слушают их, потому что в гостиной скучно, а в девичьей весело. В этом случае, как в тысяче других, родители
не знают, что делают. Я никак
не могу себе представить, чтоб наша передняя была вреднее для детей, чем наша «чайная» или «диванная». В передней дети перенимают грубые выражения и дурные манеры, это правда; но в гостиной они принимают грубые мысли и дурные чувства.
— Видишь, — сказал Парфений, вставая и потягиваясь, — прыткий какой, тебе все еще мало Перми-то,
не укатали крутые горы. Что, я разве говорю, что
запрещаю? Венчайся себе, пожалуй, противузаконного ничего нет; но лучше бы было семейно да кротко. Пришлите-ка ко мне вашего попа, уломаю его как-нибудь; ну, только одно помните: без документов со стороны невесты и
не пробуйте. Так «ни тюрьма, ни ссылка» — ишь какие нынче, подумаешь, люди стали! Ну, господь с вами, в добрый час, а с княгиней-то вы меня поссорите.
…Знаменитый Тюрго, видя ненависть французов к картофелю, разослал всем откупщикам, поставщикам и другим подвластным лицам картофель на посев, строго
запретив давать крестьянам. С тем вместе он сообщил им тайно, чтоб они
не препятствовали крестьянам красть на посев картофель. В несколько лет часть Франции обсеялась картофелем.
Он прислал А. Писарева, генерал-майора «Калужских вечеров», попечителем, велел студентов одеть в мундирные сертуки, велел им носить шпагу, потом
запретил носить шпагу; отдал Полежаева в солдаты за стихи, Костенецкого с товарищами за прозу, уничтожил Критских за бюст, отправил нас в ссылку за сен-симонизм, посадил князя Сергея Михайловича Голицына попечителем и
не занимался больше «этим рассадником разврата», благочестиво советуя молодым людям, окончившим курс в лицее и в школе правоведения,
не вступать в него.
Через несколько недель полковник Семенов (брат знаменитой актрисы, впоследствии княгини Гагариной) позволил оставлять свечу,
запретив, чтоб чем-нибудь завешивали окно, которое было ниже двора, так что часовой мог видеть все, что делается у арестанта, и
не велел в коридоре кричать «слушай».
— Какая смелость с вашей стороны, — продолжал он, — я удивляюсь вам; в нормальном состоянии никогда человек
не может решиться на такой страшный шаг. Мне предлагали две, три партии очень хорошие, но как я вздумаю, что у меня в комнате будет распоряжаться женщина, будет все приводить по-своему в порядок, пожалуй, будет мне
запрещать курить мой табак (он курил нежинские корешки), поднимет шум, сумбур, тогда на меня находит такой страх, что я предпочитаю умереть в одиночестве.